Турция и Иран: враги, которые не могут друг без друга. И как это влияет на государственную безопасность РФ
Прочитал свежую валдайскую записку про Турцию и Иран. Написана academics, но выводы интересные. Разберу по-военному, коротко и по делу.
Эрдоган и иранские муллы друг друга не любят. Это исторически. Османы против Сефевидов, сунниты против шиитов, борьба за влияние на Ближнем Востоке. Но при этом воевать друг с другом они не будут. Слишком много общих интересов.
Во-первых, обе страны не хотят видеть американцев в регионе. Иран вообще считает американское присутствие угрозой своему существованию. Турция хочет избавиться от роли ведомого союзника в НАТО. Это называется стратегическая автономия.
Во-вторых, разберем вопрос о курдах. Обе страны считают курдские вооружённые структуры угрозой. В январе 2026 года они даже координировали действия, когда возникла угроза курдского вторжения на территорию Ирана.
В третьих, насчет Израиля, Эрдоган после Газы так разошёлся, что его риторика почти догнала иранскую.
Сирия это главная арена. После падения Асада в 2024 году Иран потерял своего главного союзника. Турция, наоборот, выиграла. Теперь Анкара пытается закрепиться в Дамаске, демонтировать курдскую автономию на севере, вернуть беженцев. Но Иран не ушёл. У него осталась локальная база поддержки, которую он строил годами.
Ирак. Здесь баланс другой. Иран чувствует себя увереннее. Через шиитские партии влияет на правительство в Багдаде. Контролирует значительную часть силового поля через Хашд аш-Шааби. Плюс энергетическая зависимость Ирака от иранских поставок. Турция в Ираке больше сосредоточена на курдах и экономике.
А теперь то, о чём в записке не напишут. Пока ты читаешь про управляемое соперничество на Ближнем Востоке, Турция тихо и методично работает внутри России. И это уже не про Иран. Это про нас.
Есть такая идея. Великий Туран. Объединение всех тюркских народов под флагом Анкары. Звучит как историческая фантазия. Но в Турции это не фантазия. Это государственная политика.
В 2021 году Эрдоган позировал на фоне карты тюркского мира, подаренной ему лидером Партии националистического движения. На карте были обозначены регионы России: Крым, Татарстан, Башкортостан, часть Поволжья, Кавказ, Сибирь, Якутия, Алтайский край. Это не шутка. Это документ.
Как это работает. Турция не присылает танки. Она работает мягко. Через культуру, язык, образование. Через Организацию тюркских государств, которая давно перестала быть просто культурным клубом и обсуждает военное сотрудничество.
Конкретный пример. В апреле 2026 года Эрдоган лично принял в президентском дворце башкирскую этно-фолк-группу Ay Yola. Казалось бы, культура, музыка, Навруз. Но российские аналитики сразу заметили: это не культурный жест, а элемент системной политики мягкой силы. Турция формирует нарратив единой тюркской цивилизации, где Башкортостан и Татарстан это часть тюркского мира с центром в Анкаре.
Работа идёт через образование. Через Тюркскую стипендию, через турецкие лицеи в России, через программы YTB, которая целенаправленно работает с молодёжью из тюркских регионов. Задача простая: чтобы башкир, татар, якут в какой-то момент начал считать себя в первую очередь частью тюркского мира, а уже потом гражданином России.
И есть ещё один нюанс. Пантюркизм это не только турецкая игра. Это инструмент, которым пользуются и другие. Британские спецслужбы, по мнению ряда экспертов, активно помогают Анкаре продвигать эту идею. Цель понятна: ослабить Россию изнутри, не сделав ни одного выстрела. Классика. Найти трещину, залить туда идеологию, подождать.
Авторы записки называют отношения Турции и Ирана управляемым соперничеством. Точное слово. Они соперничают, но не воюют. Координируются, когда выгодно. Избегают прямой конфронтации.
Но для нас важно другое. Турция это не только региональный игрок на Ближнем Востоке. Это игрок, который работает внутри нашего пространства. Мягко, терпеливо, десятилетиями. Через культуру, язык, идентичность. И это опаснее, чем прямая угроза, потому что не выглядит угрозой.
Подпишись, чтобы видеть, как меняется мир.
