Двенадцатидневная война (часть II)
Двенадцатидневная война (часть II)
Иранская внешняя политика последние 15 лет пребывает в серьёзном кризисе. Связан он, говоря прямо, с нерешительностью иранского руководства.
Исламская Республика на протяжении всей истории своего существования позиционировала себя как государство милитаристского толка государство революции и экспансии.
Подобный образ исламских фанатиков-коммунистов был удобной политической ширмой, ключевая цель которой крылась в недопущении военного вторжения США или развязывания нового конфликта, аналогичного по содержанию и характеру Ирано-иракской войне. На протяжении длительного периода Тегеран тщательно подкреплял свой образ соответствующими действиями, формирующими стране определенную военную репутацию. Иранские военные советники учили и организовывали партизанские группы и ополченцев в Ираке, Корпус Стражей вел боевые действия в Йемене. Иранские военные позволяли себе дерзкие и агрессивные военные акции: захват американских военных моряков, атаку и уничтожение израильского корвета в Ливане, обстрелы нефтяной инфраструктуры Саудовской Аравии, активную борьбу с американскими разведывательными БПЛА, которая велась как на территории самого Ирана, так и сопредельных стран.
Подобная агрессивность способствовала надежному функционированию стратегии сдерживания. Несмотря на арабскую весну с открытым военным вмешательством западных стран, Иран не рассматривался ими как потенциальная цель атаки даже в теории перспективы подобного предприятия грозили обернуться полномасштабной войной, которая могла захлестнуть весь Ближний Восток и сказаться на мировой экономике. Сочетание потенциальной герильи от Ирака до Йемена, танкерной войны и ракетных атак всё это вкупе с жёсткой позицией Тегерана сдерживало даже Израиль.
Однако в некий момент все переменилось. Сложно сказать, с чем это было связано с деградацией Корпуса Стражей как военного института, который получил чрезмерно много власти? С самоуверенностью политического руководства, которое восприняло многочисленные дипломатические акции западных стран как знак уважения и авторитета? Так или иначе, иранская внешняя политика начала претерпевать кардинальные изменения, которые фактически уничтожили весь тщательно сформированный Тегераном милитаристский образ и, что особенно важно, поспособствовали эрозии и распаду Оси сопротивления, которая из военного движения стремительно мутировала в организованные преступные группировки, схожие по своему характеру с латиноамериканскими наркокартелями.
Убийство Касема Сулеймани стало своего рода точкой невозврата иранцы наглядно продемонстрировали, что прямая военная агрессия против них допустима, и дать на нее ответ они не в состоянии. Сразу после убийства генерала израильские спецслужбы провели серию диверсионных атак на иранскую инфраструктуру, организовали настоящий конвейер по убийству офицеров внутренней безопасности и стали снабжать оружием местных террористов.
Тегеран же в ответ лишь стремился продемонстрировать свои технические достижения и наличие хорошо укомплектованных арсеналов в весьма театрализованной манере только вот оружие и техника это лишь вспомогательный инструмент претворения процессов войны и политики.
Главное политическая воля, но она по некой причине на данный момент у Ирана отсутствует.